1. У обрыва
    2. Уха из гольца
    3. Полет на водолазной раме
    4. Скала Кыргын
    5. Короткий рейс в пролив Лонга
    6. Му́ра
    7. Голодная чародейка
    8. О Немертее — сестре Галатеи, дочери морского царя Нерея
    9. Жуткая история
    10. Эол из аквариума
    11. Сила есть — ума не надо?
    12. Подарок грозного шторма
    13. Леность, передаваемая по наследству
    14. Богиня плодородия из Арктики
    15. Убор индейского вождя
    16. Десант в аквариумное государство
    17. Attractive worms
    18. Хитон, который ест гудрон
    19. Кораллы, которые не страшны мореплавателям
    20. Об арктических крабах как критерии счастья
    21. Полёт под водой
    22. Колокольчики, голос которых никто не слышал
    23. Прикосновение к тайне
    24. Уникум из арктического бассейна
    25. В помощь навигаторам
    26. Одни из самых древних
    27. О солнце, льдах и бокоплавах...
    28. Первый кусочек пирога
    29. Второй кусочек пирога
    30. Третий кусочек пирога
    31. Четвертый кусочек пирога
    32. Что тебе снится, улитка?
    33. Страшилы подводного королевства
    34. Мягкотелые чудотворцы
    35. Отшельник
    36. Тля и морская звезда: что у них общего?
    37. Прыгун из Арктики
    38. Горчичный бальзам
    39. Глупыш
    40. По дороге на север
    41. «Полярия»

ГЛАВА 1: Мелодии моря в арктических ритмах

Полёт на водолазной раме или ода пескожилу

СвернутьЧитать
Даже не имея ни малейшего представления о том, кто такой пескожил, любой догадается, что существо явно живёт в песке, а не на дереве и не в собачьей будке. Этого многощетинкового червя мне не приходилось держать в аквариуме, но не отрицаю, понаблюдать за ним было бы интересно. Известно, что эти сравнительно крупные полихеты (1) живут на песчаных грунтах мелководий северных морей и часто используются рыбаками Беломорья для наживки при рыбной ловле. Однако на Чукотке вряд ли кто ловит на них, скорее об их существовании в тамошних водах и не подозревают. Во всяком случае, о том, что эти «звери» населяют дно Чаунской губы, стало известно совсем недавно. Дело в том, что пескожилы, скажем, Белого моря обитают на дне осушной зоны – литорали. Но на северо-востоке приливы и отливы настолько незначительны (всего 0,5 м), что о литорали и речи нет. Однако они там живут, но, как правило, не опускаются глубже 5 м.
Наш катер, фактически со всем составом научной экспедиции на борту, стоял на якоре примерно в трёх милях севернее устья реки Чаун. Унылый ландшафт в районе впадающей в бухту реки разнообразили кажущиеся близкими сизые вершины высоких сопок. На северо-западе снежная вершина горы Наглейнын, оправдывая своё название зимней кухлянки, действительно напоминала сидящего на корточках великана в зимнем чукотском одеянии. Волнения почти не было, но вода, как обычно в приустьевом участке залива, была слабо прозрачной. Мы готовили к спуску водолаза.
Глубина здесь небольшая, около пяти метров, и Алексей очень быстро оказался на грунте. Его мгновенно подхватило неожиданно сильное придонное течение и поволокло по дну. Он едва успел ухватиться за водолазную раму, метровый квадрат из стального уголка, его обычно накладывают на участок отбора проб. Попытался взять грунт в брезентовый мешок с сетчатым дном, но безуспешно. Течение было мощным, и преодолеть его влияние не удавалось. Алексей видел на волнистом и плотном песчанистом дне редкие отверстия чьих-то нор, светлые пятна, вероятно, двустворчатых раковин и всё это не далее вытянутой руки. Всё, что было дальше, надёжно скрывалось в жёлто-буром мраке мутной воды.
На поверхности мы наблюдали лишь следствие необъяснимых в данный момент действий водолаза: его скорое перемещение на северо-восток, о чём могли судить по страховочному концу, который держал Шеф, и туго натянутой верёвке, к которой была привязана рама.
Почуяв недоброе и дав сигнал о срочном подъёме, Шеф, не дожидаясь ответа, стал быстро выбирать линь.
Вскоре, после значительных усилий мы увидели жёлтый шлем гидрокостюма, а подоспевший как раз во время «Наш Ильич» мгновенно втянул Алексея в резиновую лодку, правда, немного не рассчитав, в спешке затолкнул его с головой в проём под банкой, то есть под сиденьем лодки. Крик Шефа: «Чепешники! (2) Чуть водолаза не утопили!» – явно не способствовал скорейшему освобождению потерпевшего. «Наш Ильич» всё же сумел справиться со шнуровкой сиденья и, наконец, освободив голову Алексея из неожиданной ловушки, догадался переключить вентиль с «аппарата» на «воздух», а затем и вовсе снять шлем.
В тот день мы больше погружениями не занимались, одной неудачи нам вполне хватило, чтобы предохранить себя от дальнейших неприятностей. Помню, в тот день было много разговоров о неудачном, но счастливо закончившемся спуске, и о норах, которые наблюдал водолаз во время стремительного «полёта». Со строителями нор мы познакомились чуть позднее, собирая материал в затишном участке залива, окрещённом моряками «гнилой угол».
Ими оказались черви-пескожилы, довольно крупные, около 20 см в длину. Подобно своим западным сородичам, они непрерывно выполняли свою основную работу – поедали грунт. Для этого черви зарывались в песок и заглатывали с помощью своей мешкообразной выворачивающейся глотки около 40 г грунта за сутки. В результате на входе их U-образной норы образовывалась воронка, а с «чёрного входа» холмик – пропущенная через пищеварительную систему кашица, обогащённая минеральными веществами. Состязаясь в трудолюбии с дождевыми червями, пескожилы перерабатывают и удобряют донный грунт, пропуская весь его верхний слой через себя примерно за год. Кроме того, они, как уже говорилось, служат великолепным кормом для рыб. Не знаю, обладают ли они ещё какими-либо достоинствами, но перечисленного, похоже, вполне достаточно, чтобы сказать: «Ну, до чего полезные и славные звери!»

1. Polychaeta – многощетинковые черви.
2. ЧП – чрезвычайное происшествие.

Возврат на титульный экран

© Гагаев С.Ю., 2016
© ООО «Школа менеджеров «НИВА», 2016